воскресенье, 19 февраля 2012 г.

Демидовы: династия меценатов


Текст написан в феврале 2002 года.



Введение

Демидовы - семья горнозаводчиков и землевладельцев. Возвышение Демидовых началось при Никите Демидове (1656 - 1725), тульском кузнеце-оружейнике, сумевшем мастерством поразить Петра 1 и получившем земли на Урале и в Сибири для строительства металлургических заводов, поставлявших за дешевые цены военные припасы для казны, и пожалованном в 1720 в дворянство с фамилией Демидовых.

Его сын Акинфий Никитич Демидов (1678 - 1745) сумел на Урале и Алтае построить 25 заводов, главным из которых стал Нижнетагильский, своим оборудованием отвечавший последнему слову техники. А о заводе в Невьянске в указе Берг-коллегии сказано: "Таких заводов не токмо в Швеции, но и во всей Европе не обретается". На заводах Демидовых трудилось 38 тыс. душ.


Семейные владения занимали 638 тыс. десятин, включали десятки железных и медных рудников, золотые и платиновые прииски, деревни и поселки. Акинфий Демидов стал статским советником, имел дворец в Петербурге. Был благотворителем, подарившим Московскому университету минералогические коллекции. Его сын Прокофий Акинфиевич Демидов (1710 - 1786), знаменитый меценат, чей портрет написал Д.Г. Левицкий, основал первое Коммерческое училище в России. Один из внуков Акинфия Демидова - Николай Никитич (1773 - 1828) был русским посланником во Флоренции. В 1812 на свои средства он сформировал Демидовский полк и содержал его до конца войны с Францией. Его сын Павел Николаевич (1798 - 1840) учредил в 1831 Демидовскую премию - 20 тыс. руб. "на награды за лучшие по разным частям сочинения в России" и 5 тыс. руб. "на издание увенчанных академиею рукописных творений". Второй сын - Анатолий Николаевич (1812 - 1870), родившийся во Флоренции и умерший в Париже, - был женат на племяннице Наполеона Матильде де Монфор. Около Флоренции он приобрел княжество, став князем Сан-Донато, и завел личную гвардию. По его заказу Карл Брюллов написал картину "Последний день Помпеи". Анатолий Демидов широко покровительствовал наукам и искусствам, но уже почти не говорил по-русски.

Уже одни эти факты свидетельствуют о незаурядности всех Демидовых. Но эта династия прославилась также и своим меценатством, размеры и размах которого также поражают воображение, как и само состояние Демидовых. Именно об этой стороне их деятельности и будет идти речь ниже.


1. Краткий обзор династии Демидовых

Демидовы происходили из тульских кузнецов. В 1720 они получили дворянство из рук Петра Великого. В конце XVIII века вошли в круг высшей знати. Родоначальник Никита Демидович Антуфьев (1656-1725) в 1720 был возведен в дворянское достоинство, принять которое отказался. Оно после его смерти распространено на сыновей Акинфия, Григория и Никиту.

Никита Демидович (1656-1725), сын Антуфьев (его сын Акинфий в дворянстве стал первым Демидовым) является основателем династии. По преданию, он чинил Меньшикову английский пистолет, но сделал свой, как английский, даже лучше. Об этом Меньшиков рассказал Петру I . По документам И. Германа (главного начальника Уральского горного округа в 1810 г.) Петр I закупал за границей ружья по 15 рублей, а кузнец из Тулы Антуфьев делал ружья такого же качества и продавал их по 1 руб. 80 коп.

Никита Демидов построил Баранчинский, Шайтанский и Вышевский заводы на Урале. В личной жизни Никита Демидов был религиозен, отличался строгой, даже аскетичной простотой, жил в обыкновенной избе, хмельного не брал в рот и пьяных не терпел. Он не согласился с указанием В.Н. Татищева о распространении кабаков в горнозаводских поселках, ибо это хотя и приносило деньги казне, но мешало хорошей работе (этот спор между ними решали в суде). Никита Демидов сам неутомимо работал и другим не прощал слабостей. До конца жизни так и не принял от Петра I ни чинов, ни орденов, ни дворянства.

Об отношении Петра I к Демидову свидетельствует письмо, посланное им из Кизляра во время военного похода в Дагестан: "Демидыч! Я заехал зело в горячую сторону: велит ли бог видеться? Чего для посылаю к тебе мою персону (портрет): лей больше пушкарских снарядов и отыскивай по обещанию серебряную руду. Петр".

Петр был настолько доволен деятельностью Демидова, что намеревался даже соорудить его медную статую и поставить ее в Петербурге "в ознаменование оказанных им услуг", как отмечает историк В.Ф. Шишонко, но "...это не случилось по скромности Демидова".

Генерал-адмирал Апраксин сказал однажды Петру I: "Хорошо, если бы у тебя было человек десятка два таких, каков Демидов". "Я счастливым бы себя почел, - отвечал Петр, - если б имел таких пять-шесть или меньше".

Акинфий Никитович Демидов (1678-1745) - главный управитель всех уральских заводов Демидовых. При нем были построены: в 1716 году Шуралинский завод, в 1718 - Быньговский и Верхне-Тагильский, в 1722 - Выйский, в 1725 - Нижне-Тагильский, в 1726 - Черноисточинский. Он также построил Ревдинский, Уткинский, Фетковский, Суксунский и другие заводы. На них было задействовано 15 доменных печей, 42 плющильных молота, приводимых в движении водой, 9 медеплавильных печей, множество плотин.

А.Н. Демидов был талантливым организатором горнозаводской промышленности, превосходным знатоком горного дела, металлургии, до тонкостей овладевшим секретами тульских мастеров, искусным кузнецом и литейщиком.

Во время пребывания в Фрайберге, он приобрел там "минералогическую коллекцию" Генкеля (на которой в свое время М.В. Ломоносов обучался минералогии и основам горного дела). Эта коллекция постоянно дополнялась в Тагиле уральскими и сибирскими минералами. После смерти Акинфия эта коллекция (более 6000 образцов) была передана в 1755 году его сыновьями Прокопием, Григорием и Никитой московскому университету (ныне - Геологический музей Российской Академии наук им. В.И. Вернадского).

В 1733 году демидовские заводы посетил ученый И.Г. Гмелин. Он впервые дал научное описание горы Магнитной (Высокой) и асбестовых жил горы Шелковой вблизи Нижнего Тагила.

В.И. Геннин дал первое описание всех известных к тому времени месторожде-ний, рудников и заводов Урала и в том числе демидовских: "...Натуралии и минералии камер в Сибирских горных и завоцких дистриктах..." (1735 г.).

Владелец 25 заводов, 3-х пристаней, 36 сел со множеством деревень, действительный статский советник Акинфий Демидов получил в 1744 году беспрецедентное право находиться лишь под высочайшей "протекцией" самой императрицы Елизаветы Петровны.

Прокопий Акинфиевич Демидов (1710-1788) создал прекрасный ботанический сад в Москве ("Нескучный сад"), там была флора 4-х континентов. Московскому университету он подарил гербарий, который содержал около 4500 листов. По его инициативе был составлен и издан замечательный памятник русской словесности XVIII века - Сборник Кирши Данилова. Прокопий основал московский воспитательный дом, выплатив на него 1 миллион 107 тысяч рублей.

Когда Екатерина II приказала архитектору Казакову строить новое здание Московского университета, Прокопий Демидов выбрал место на Воробьевых горах и давал на его полное строительство 1,5 миллиона рублей, но Екатерине это место не понравилось и проект этот не был реализован до середины XX века.

Никита Акинфиевич Демидов (1724-1789) содействовал открытию Московского университета, состоял в переписке с Вольтером. Минералог и искусствовед, он отличался любовью к наукам, был членом Вольного экономического общества, жертвовал на строительство московского университета, а при академии художеств учредил медаль "За успехи в механике".

Н.А. Демидов собрал довольно солидную для того времени библиотеку, часть которой передал в Нижний Тагил. Знаток и ценитель искусства, он заложил основы фамильного художественного собрания, которое будучи приумножено его сыном Николаем и внуком Анатолием, расценивалось как одно из крупнейших частных собраний в мире.
Ему принадлежат слова: "Предок наш был кузнецом, и мы не только не скрываем сего, но и гордимся, имея в родоначальниках фамилии нашей человека, который личными своими достоинствами и умом обширным приобрел себе бессмертие и стяжал роду своему честь, открыл ему поприще к заслугам государственным".

В 1770 г. по свидетельству ученого П. Палласа, Нижне-Тагильский завод находился в цветущем состоянии и "меж частными сибирскими заводами совершеннее, важнее и прибыльнее железом".

Григорий Акинфиевич (1715-1761), Павел Григорьевич (1738-1821) Демидовы являлись корреспондентами известного ученого Карла Линнея и внесли определенный вклад в развитие российской науки.

На открытие Московского университета 7 мая 1755 г. Павел Григорьевич пожертвовал 13 тыс. рублей (вся смета университета тогда была 10 тыс. руб.). В МГУ впервые в России преподавание велось на русском языке, в то время, как в Петербургском университете лекции читались на латыни, немецком и церковнославянском. В 1803 году П.Г. Демидов пожертвовал МГУ 100 тыс. рублей, коллекцию, библиотеку и собрание художественных ценностей.

Николай Никитович Демидов (1773-1828) был женат на Елизавете Александровне Строгановой. Он посылал изобретателей первого российского паровоза - отца и сына Черепановых в Англию и Швецию. Был адъютантом князя Потемкина. После отставки занялся вплотную совершенствованием производства на своих заводах, резко поднял их экономическую эффективность, можно сказать, совершил промышленный переворот всего производства. Получил всеобщее признание как "столп технико-экономической мудрости".
В Отечественную войну он на свои средства экипировал и сам возглавил егерский полк и участвовал во многих сражениях 1812 г. вместе со своим сыном Павлом.

Он основал в Москве свой театр, в котором играл отец знаменитого трагика Павла Мочалова - Степан Мочалов, отпущенный позднее на волю.

Николай Никитович отдал свой дом в пользу Гатчинского сиротского приюта и много жертвовал на нужды инвалидов. Восполняя "...потерю, которая наука потеряла в бытность неприятеля в Москве", подарил Московскому университету богатое "...собрание вещей довольно редких по натуральной истории".

Павел Николаевич Демидов (1798-1840) в 14-летнем возрасте с отцом в составе егерского полка принимал участие в боевых действиях против французов (1812 г.). В 1831 г. будучи Курским генерал-губернатором построил в Курске и Курской губернии на свои деньги 4 больницы и детскую лечебницу в Санкт-Петербурге.

Павел - основатель Демидовских премий (1831 г.), имевших цель "...содействовать к преуспеянию наук, словесности и промышленности в своем Отечестве". Эти премии были столь же престижны, как позднее Нобелевские. Демидовскими премиями были отмечены Пирогов, Менделеев, Сеченов, Чебышев, Якоби и др., всего 275 научных трудов. Премии присуждались без специальных выдвижений, а на советах ведущих специалистов и ученых тайным голосованием. Для награжденных они были всегда неожиданными.

Высоко оценил научный вклад П.Н. Демидова великий ученый А. Гумбольдт, посетивший Нижний Тагил в 1829 г. Он дал отличную оценку паровой машине мастеровых Черепановых, опускался в Мурзинские самоцветные копи и предсказал наличие на Урале изумрудов, которые позднее и были найдены.

В 1838 году мастеровыми Нижне-Тагильского завода отцом и сыном Черепановыми была сделана еще одна паровая машина для Павлово-Анатольского платинового рудника.

П.Н. Демидов был женат на Авроре Карловне Шернваль-Демидовой (1808-1902 г.). Писатель Мамин-Сибиряк свидетельствовал: "Аврора Карловна умела общаться с народом, была необыкновенно ласкова со всеми и входила во всевозможные мелочи заводского быта: крестила детей у рабочих, была посаженной матерью на свадьбах, дарила приданое бедным невестам, и т.д." . После кончины мужа она, будучи опекуном сына, управляла Нижне-Тагильскими заводами вместе с Анатолием Николаевичем Демидовым. Основала несколько школ, приютов, больниц в Н. Тагиле, Петербурге и других городах. Позже она вышла замуж за Андрея Карамзина (сына историка Карамзина). Сохранились письма жены и дочери Карамзина к Андрею Карамзину о последних днях жизни А.С. Пушкина. В Нижнетагильском музее хранится прекрасный портрет Авроры Карловны Демидовой кисти знаменитого художника Карла Брюллова.

Позднее она жила в своем поместье Трясканда в Финляндии. По ее прошению Александром II была дарована Конституция Финляндии.

Анатолий Николаевич Демидов (1812-1870) - князь Сан-Донато. Был женат на племяннице Наполеона Бонапарта принцессе Матильде де-Монроф. Покровитель К. Брюллова, он возил его в Италию и рекомендовал сюжет картины "Последний день Помпеи", а после ее приобретения подарил картину Николаю I. А.Н. Демидов составил богатую коллекцию картин, в том числе европейских художников, многие из которых хранятся в Нижнетагильском музее, в том числе "Мадонна с младенцем" Рафаэля ("Тагильская мадонна"). В музее сохраняется коллекция скульптурных портретов Демидовых .
Он создал богатейший музей реликвий Наполеона в бывшей резиденции французского императора на острове Эльба.

Более 20 лет А.Н. Демидов издавал в Париже "Труды Нижне-Тагильской обсерватории метеорологических и магнитных наблюдений". По его приглашению Нижний Тагил в 1841 г. посетил известный английский геолог Мурчисон.

В 1837-1839 гг. А.Н. Демидов организовал 1-ю российско-французскую геологическую экспедицию во главе со знаменитым ученым Ле-Пле по исследованию Крыма, юга России и Донецкого бассейна, а затем опубликовал 4-томный труд экспедиции с геоло-гическими картами и таблицами 225-ти месторождений каменного угля. Он построил "Демидовский дом призрения для трудящихся" в Петербурге.

Григорий Александрович Демидов (1837-1870) настолько увлекся музыкой, что оставил служебную карьеру и вместе с А. Рубинштейном занялся созданием в Петербурге первой русской консерватории и был ее инспектором. К тому же он был композитором, автором более десяти песен, романсов, сочинил музыку к знаменитому романсу на стихи М.Ю. Лермонтова "Горные вершины".

Павел Павлович Демидов, князь Сан-Донато (1839-1885), активно содействовал развитию Нижнетагильского музея. В 1884 году предписал: "Немедленно по получении доставлять в музей замеча-тельные образцы окончательных и черновых произведений металли-ческих продуктов, вновь открытых руд, огнеупорных материалов".

В Нижнем Тагиле за его счет содержалось 100 учащихся в реальном училище, два мужских народных училища на 300 детей и два женских - на 200 детей, два детских приюта призрения, две больницы с аптеками, фельдшерская школа.


2. Демидовы-меценаты и отношение общества к ним

Гремело имя Демидовых на всю Россию и на всю Европу. И отношение к ним было не всегда однозначным. Поистине, этот род - своеобразный символ российской предприимчивости, российского богатства. В различных архивах сохранилось немало документов и писем, связанных с жизнью и деятельностью его представителей, сыгравших "делами - не словами" (девиз дворянского рода Демидовых) значительную роль в истории нашей державы.

В одном из своих писем автор уральских сказов П.П. Бажов высказался о Демидовых как о деятелях, прогрессивных для своего времени. "Немаловажным положительным фактом приходится, по-моему, считать и то, - писал он, - что Демидовы ставили металлургию без иноземной помощи. Эта сторона дела у нас как-то вовсе забывается, а она ведь очень интересная и одна может поставить вопрос о Демидовых совершенно по-новому... Благодаря энергии Демидовых наша страна в короткий срок освободилась от импорта железа и сама стала экспортировать железо".

Откроем работу Д.И. Менделеева "Уральская железная промышленность в 1699 г." Здесь есть такие строки: "...Великий Петр Алексеевич, провидя современное значение железа, поставил добычу его во главу уральских усилий. И слава дел этих загремела в мире".

Еще Акинфий Никитич в 1740 году на базе Невьянской школы (1709) основал арифметическое училище. Через 18 лет школу полностью перевели в Нижний Тагил и объединили с местным училищем. Никита Акинфиевич, заинтересованный в достаточно высоком уровне преподавания в школе, открывает в 1765 году отделения для подготовки служителей на Нижнетагильском заводе. В училище обучались дети и с заводов, принадлежавших родственникам Н. А. Демидова. Так, в январе 1768-го хозяин приказал Нижнетагильской конторе принять трёх мальчиков с Суксунского завода по просьбе его племянника Александра Григорьевича Демидова. В октябре 1778 года последовало подобное же повеление в ответ на просьбу Никиты Никитича, в следующем - Александр и Петр Григорьевичи Демидовы прислали учиться в эту школу шесть мальчиков.

Расходы заводчиков на содержание школы были невелики. При открытии училища выделил Н. А. Демидов на его содержание 500 рублей, в 1778-м сумма сократилась до 300. Число учеников менялось. Так, в 1770-м училось 20 мальчиков, и около десятка вместе с учителем школы Гавриилом Евтифьевым практически овладели заводским делом под руководством иностранного специалиста Осипа Шталмеера, резчика по дереву и изобретателя. Дети горнорабочих выполняли не школьные, а барские “уроки”. Академики Гмелин и Паллас видели на горе Высокой сотни детей, которые таскали руду, складывали ее в кучи.

Немало сделали выпускники школы А. Дементьев, Е. Мельников, Ф. Сибиряков, Ф. Арефьев, З. Распопов. Они несли на демидовские заводы и рудники технические знания. Им были знакомы книги Ломоносова, Палласа и других ученых - такие имелись в школе. Им был известен передовой русский и иностранный опыт по горнозаводской части. Весьма ценным источником для характеристики сложной, противоречивой натуры богача-крепостника смогут служить библиотека и пометки Никиты Акинфиевича на книгах. По предписанию Демидова петербургские приказчики, приобрели и отправили хозяину с 1764 по 1786 годы книги и журналы 145 названий, не считая ежегодно выписываемых им “Санкт-петербургских ведомостей”, календарей, географических карт и эстампов. Книги были самого разного содержания, даже песенники и справочные издания.

Большую часть литературы, выписанной из Петербурга, составляла русская и переводная беллетристика. Тут уральский заводчик проявил несомненный вкус и знание предмета, собирая лучшие творения М.В. Ломоносова, В.А. Левшина, Я.Б. Княжина, В.К. Тредиаковского, многие журналы того времени. Хозяин многочисленных заводов и деревень стремился быть в курсе новейших правительственных законоположений, а потому регулярно приобретал все издаваемые указы, манифесты и распоряжения. Частые внешне-торговые операции демидовской “фирмы” со странами Востока и Запада побуждали его к знакомству с историей и современным состоянием других государств... Он переписывался с Вольтером, покровительствовал ученым и художникам, жертвовал на университет и Академию художеств, где в 1771 году на его средства была учреждена золотая медаль “3а успехи в механике”.

Особо ценной находкой в наши дни оказались 28 книг с читательскими пометками Н.А. Демидова. Эти надписи дают редкую возможность услышать голос одного из представителей известной династии, его мысли про себя и других. Отзывы эти по-демидовски откровенны. Легко понять интерес хозяйственного читателя к русскому переводу книги Г.Ф. Койе “Торгующее дворянство” (1766). Каждое ее слово находило отклик в сердце уральского заводчика, тешило самолюбие, навевало самолюбивые мечты.

На листе чистой бумаги в конце книги он записал: «Сия книшка, как по русской пословице, невелика пътичька, да весьма коготок востер. Так разуметь мысль из собрания издателя, острозримого желателя, не только землекам своим надевая очьки, но подает полезную притчину и ко всеобщему Европе благу…».

Итак, Никита Акинфиевич Демидов наиболее ярко воплотил в себе характерные черты зародившейся русской промышленной буржуазии. Это был последний из династии, который сам управлял и доглядывал за уральскими заводами. Ежегодный доход владельца восьми горных заводов и 11 тысяч крепостных душ составлял к концу его жизни колоссальную по тем временам сумму - 250 000 рублей.

При Акинфии Никитиче хозяйство этой ветви династии достигло зенита. О процветании его заводов можно судить по росту выплавки чугуна: если в 1766 году она составляла 392 тысячи пудов, то к концу столетия достигла 734 тысячи. В то время нижне-тагильская группа заводов превысила по размерам производства все заводы, принадлежавшие в середине XVIII века Акинфию Демидову, родителю. Успехам способствовал новый подъем железоделательного производства в России второй половины этого столетия из-за повышенного экспорта металла в Англию. Только у Демидовых за полвека продукция чугуна выросла почти в пять раз.


3. Благотворительная деятельность Демидовых

Приведем пример благотворительности Демидовых - Николая Никитовича Демидова. В 1806 году по его воле в Нижнем Тагиле была основана первая на Урале школа живописи (вторая в России). В первый набор попало двенадцать мальчиков. Расходы по их обучению и содержанию взяла на себя контора Нижнетагильского завода Демидова.

Ученику выделялось жалованье 25 рублей в год и бесплатная одежда. Кроме того, воспитанникам школы бесплатно предоставлялись учебные принадлежности. Это - мольберты, бумага, карандаши, разноцветные краски, кисти, заготовки для подносов и многое другое, необходимое для успешного овладения ремеслом живописца.

Благодаря меценатству Н.Н. Демидова местная промышленность получила базу для интенсивного развития художественного промысла.

Меценатство еще более проявилось в деяниях сына его Павла Николаевича Демидова.
Нижнетагильские заводы Павел Демидов унаследовал вместе со своим братом Анатолием после смерти отца, Николая Никитича, в апреле 1828 года. До совершеннолетия младшего брата Павел управлял "империей" предков самостоятельно. Уже тогда главная контора по управлению демидовским хозяйством прочно обосновалась в столичном Санкт-Петербурге, на Васильевском острове. Оттуда хозяин и посылал свои распоряжения в Нижний Тагил. Благодаря ему на тагильских заводах сохранились все начинания Николая Никитича Демидова, и лишь после смерти Павла Николаевича в 1840 году эти усилия сошли на нет.

Нам традиционно твердили: только первые Демидовы внесли огромный вклад в развитие промышленного Урала, а значит и России. Но давайте вспомним, что именно при Павле Демидове были созданы в России талантливыми механиками Черепановыми первые паровозы, развивалось бронзолитейное дело под руководством Ф.Ф. Звездина, в 1833 году открылась высшая заводская школа, готовившая кадры местной технической крепостной интеллигенции; на заводах и рудниках внедрялись передовые технологии, нередко - впервые в отечественной промышленности; строились величественные здания.

Даже это немногое можно поставить в заслугу Павлу Николаевичу Демидову.
Но величайшей его заслугой перед Россией является учреждение в 1831 году Демидовских премий. Их присуждение продолжалось до 1865 года, что значительно повлияло на развитие отечественной науки. Эти премии были самыми крупными как по сумме - 25 тысяч рублей ежегодно, так и по значению. Если бы Демидовы и потом сохранили награду, то, очевидно, в России ее престиж был бы сопоставим только с Нобелевской премией.

За 34 года существования Демидовских премий ими было отмечено 275 сочинений, преимущественно относящихся к гуманитарным наукам. Для сегодняшних дней это просто фантастика.

Вдумаемся в цифры: больше всего премий по истории - 53, по филологии - 46, географии - 28, по математике и механике - 20, геологии - 20, биологии - 20, химии и физике - 13. Среди лауреатов - выдающиеся ученые России: врач Николай Иванович Пирогов, историки Борис Николаевич Чичерин и Николай Иванович Костомаров, химик Дмитрий Иванович Менделеев, металлург Павел Петрович Аносов, филолог Александр Христофорович Востоков, физиолог Иван Михайлович Сеченов, математик Пафнутий Львович Чебышев, электротехник Борис Семенович Якоби и многие другие.

Премия, учрежденная Павлом Николаевичем Демидовым, уникальна. Она поощряла развитие именно отечественной науки. Иностранные сочинения рассматривались лишь тогда, когда "рассуждали о предмете, имеющем прямое отношение к России".

Павел Николаевич Демидов 13 и 20 марта 1831 года подписал два акта. По ним он обязался ежегодно выплачивать пять тысяч рублей для издания научных трудов, остающихся в рукописи и потому не могущих претендовать на присуждение премии, хотя они и достойны этого, а также обязал своих наследников продолжать финансировать "Демидовские награды" в течение 25 лет после его смерти. После кончины П.Н. Демидова в 1840 году его брат Анатолий подтвердил, что воля учредителя премий будет исполнена, и последнее их присуждение действительно состоялось в 1865 году.

Демидовская комиссия использовала свыше 250 тысяч рублей, не считая стоимость более ста золотых медалей, на награды отечественным ученым за их лучшие работы, за величайшие творения человеческого ума. Для ученых эти премии стали значительной материальной поддержкой и моральными вознаграждением нелегкого труда.

Интересный факт: на пятом году существования научной награды, широко известной в России под названием Демидовских премий, ее учредитель Павел Николаевич Демидов ходатайствовал перед Петербургской Академией наук о присуждении оной Н.В. Гоголю за комедию “Ревизор”.

В письме непременному секретарю Академии наук Н.П. Фуссу он писал:
“Небезизвестно вам, что цель пожертвования моего двадцати пяти тысяч каждогодно в российскую императорскую Академию наук содействовать пользе и славе отечественной на поприще литера-турном. Поприще, сие ныне украшено новым произведением г. Гоголя под названием “Ревизор, комедия в пяти действиях”. Нельзя не отдать справедливости; точнейшему описанию нравов, поставленных им на сцену лиц и национальных наречий. Словом, по живописанию характеров сие сочинение г. Гоголя может считаться образцовым. Это уже и подтверждается тем восторгом, с каким оно принято публикой, и вниманием государя императора, удостоившего первое представление сей комедии своим присутствием”.

Да, государь посетил премьеру “Ревизора”, “хлопал и много смеялся”, как вспоминает один из современников, особенно в начале спектакля, но потом хлопки и смех перестали раздаваться в царской ложе. Подлинная правда комедии, истинное значение “Ревизора” начали доходить до всех. Однако не поэтому академики в Общем собрании 17 апреля 1837 года отказали учредителю премии в его просьбе. Ему вполне резонно напомнили положение о наградах, где предусматривались премии в области литературы лишь за сочинения по теории изящных искусств и словесности. За все 34 года истории награды среди ее лауреатов не было литераторов-беллетристов и драматургов. Так, за 1837 год среди удостоенных Демидовских премий “вместо Гоголя” оказались вполне уважаемые ученые: знаменитый русский мореплаватель И.Ф. Крузенштерн, астроном Ф. В. Аргеландер и военный историк Н.И. Ушаков.

Н.В. Гоголь от такого случая своего значения в русской литературе не утратил. Для нас же интересны сохранившиеся в его переписке высказывания об уральских богачах, оценки их личности. Сохранилось письмо Гоголя из-за границы П.Н. Демидову, датируемое предположительно январем-маем 1839 года, где он пишет: “...Нет, во что бы то ни стало, но я должен вас видеть... Не зная еще ваших достоинств личных, я вас почитал по имени, которое слилось с народностию и Россиею и осталось с ними нераздельно с вашим подвигом для просвещения: но никогда бы я не приблизился к вам, Ваше богатство стояло передо мною рубежом, как вдруг ваш раздавшийся голос и ваше полное великодушия предстательство о мне, вам неизвестном, внимание к малой крупице моего таланта - все это меня трогает сильно. Это уже вам известно. Это было одним из приятнейших моих воспоминании, какие только вывез с собой из России”.

Тон письма Гоголя, видимо, объясняется ощущавшейся им разницей в общественном положений, о чем свидетельствует, в частности, упоминание о Демидове и в письме М. П. Погодину, где Гоголь сдержанно и критически отзывается об аристократизме Демидова, подчеркивая, что демонстративно не пошел к нему на званый обед. Желанием загладить инцидент с этим обедом, вероятно, и объясняются начальные строки письма.

Такое щедрое пожертвование частного лица на нужды науки как Демидовская премия стало событием огромной важности в культурной жизни России. Этот факт получил высокую оценку современников. Павел Демидов приобрел почет и уважение научной общественности. Он был избран почетным членом Петербургской Императорской Академии наук и Академии Российской, а также Московского и Харьковского университетов. Щедрая благотворительность неожиданно повлияла на дальнейшую служебную карьеру П.Н. Демидова. Император Николай I пожаловал его чином статского советника с одновременным назначением на должность гражданского губернатора в Курск.

И здесь Павел Демидов оставил о себе добрую память. Вот два акта. Возможно, они менее масштабные в сравнении с упомянутыми выше, но заметные и значительные для жителей Курска. Новый губернатор пожертвовал кровные 20 тысяч рублей на помощь бедным. Эта сумма была капитализирована, а ежегодную прибыль с нее городская дума направляла на пособие бедным семьям.

Именно учреждение премий позволило внести имя Павла Демидова в энциклопедии и словари, в том числе и в советское время. Но сам Павел Николаевич в одном из писем министру императорского двора Петру Михайловичу Волконскому рассуждал так: "Если я сделал что-либо в жизни моей такое, что может назваться подвигом или быть достойно столь высокого названия, так это, конечно, для пользы своего любезного отечества и из искреннего желания быть угодным своему августейшему монарху". И это было правдой.

В 14-летнем возрасте он участвовал в Бородинском сражении в полку своего отца, позже прослужил в армии пятнадцать лет. В придворной службе достиг чина третьего класса и звания егермейстера, что было связано с царской охотой. В гражданской службе он удостоен чина четвертого класса и звания действительного статского советника, что подтверждало потомственное дворянство. Он имел многие российские и иностранные ордена. Причем, французский король Луи-Филипп дважды присуждал ему высшую награду Франции - орден Почетного легиона, но российский император Николай II не разрешил его принимать.

И все же не чины и ордена сделали Павла Демидова известным русскому обществу, а широкая благотворительная деятельность.

Сейчас мало помнят акты жертвенности и человеческого участия Павла Демидова, его помощь жителям Курска, где он был гражданским губернатором во время эпидемии холеры. И совсем уже не типична его забота о нуждах сибирских ссыльнопоселенцев, среди которых находились декабристы.

В 1829 году он учредил специальный капитал для вдов и сирот воинов русско-турецкой войны (1828-1829 гг.), который выплачивался долгие годы и после его смерти. Сумма капитала составила 625 тысяч рублей.

В Нижнем Тагиле Павла Николаевича больше помнят по факту его женитьбы на известной петербургской красавице Авроре Карловне Шернваль, фрейлине императорского двора, получившей от жениха в качестве свадебного подарка пятый по величине в мире бриллиант Санси, оцененный тогда в 500 тысяч рублей. И это ставилось в упрек ему как пример мотовства и нещадной эксплуатации крепостных рабочих.

Но справедливость требует вспомнить, что он неустанно жертвовал в благотворительные фонды и общества, обеспечивал содержание воспитанниц институтов и пансионов, которые не могли оплачивать свое обучение. Эта сумма составила 50 тысяч рублей Он купил загородный дом в Студенцах у министра внутренних дел России А.А. Закревского за 400 тысяч рублей и подарил императрице для основания какого-либо общественного заведения. На строительство детской больницы в столице Павел Николаевич внес 100 тысяч рублей. А во время русско-турецкой войны предоставил правительству 25 тысяч пудов снарядов стоимостью 100 тысяч рублей. Снаряды были изготовлены на Нижнетагильских заводах.

Павел Демидов оказывал помощь нуждающимся и за границей: монастырю Святой Елизаветы в австрийском Линце, театру Комеди Франсез в Париже, беднякам Берлина, вдовам и сиротам воинов-французов, погибших в Африке.

Эту "расточительность" он объяснял так: "...Я старался иногда... делать... некоторые приношения от избытков своего благосостояния, поставляющего мне в обязанность быть по возможности полезным человечеству сколь в своем отечестве, а также и в других местах".

Эти "некоторые приношения" за всю его жизнь оцениваются в два-три миллиона рублей. По тем временам сумма фантастическая! Таким был Павел Николаевич Демидов, один из выдающихся российских меценатов, благотворительность которого зиждилась на милосердии, любви к ближнему и, конечно, к "любезному отечеству".


Заключение

Предпринимательство и благотворительность в России издавна жили рядом. А жизнь и деятельность рода Демидовых - наглядное и убедительное подтверждение этого.
В последние годы в нашу жизнь вторглись слова «предприниматель» и «предпринимательство», которые еще недавно ассоциировались с такими понятиями, как спекулянт и спекуляция, долгое время находившимися у нас на слуху. Ведь в обществе, где строили светлое будущее человечества - коммунизм, спекулирующий человек презирался.

Возможно, поэтому коммунистическая мораль заставляла относиться к роду Демидовых "как к беспримерным хищникам, страдающим острой манией наживы, алчным эксплуататорам". Эти резкие выражения часто употреблялись литераторами, историками и краеведами, которые писали о Демидовых, руководствуясь классовым подходом.

Изложенное выше позволяет характеризовать династию Демидовых как потомственных меценатов, которые, при всем их барстве, спонсировали выдающихся механиков, ученых, художников и учебные заведения. Такие традиции были и после Демидовых, в среде последних предреволюционных заводчиков, но в настоящее время практически отсутствуют.

Если в современной России и делаются крупные пожертвования на благотворительные цели, то они, во-первых, не идут по своим масштабам ни в какое сравнение с демидовскими, а во-вторых, всегда сопряжены с саморекламой. Можно смело утверждать, что в настоящее время на Московский Государственный Университет никто не пожертвует единовременно сумму, превышающую всю его смету как это сделал П.Г. Демидов. Это есть один из примеров их благотворительности, изучать которые в наше время весьма полезно для формирования надлежащего духовного климата среди российских промышленников.


Литература:

1. Кафенгауз Б. Б. История хозяйства Демидовых в XVIII-XIX вв. М., 1949.
2. Мезенин Н. Гениальный сын Никиты. //Уральский следопыт. 1991. №8.
3. Мезенин Н. Демидовы. Екатеринбург, 1998.
4. Наумов Г.Б., Рундквист Д.В., Черненко В.В. Наследие Демидовых в музее Вернадского. М., 1994.
5. Шикман А.П. Деятели отечественной истории. Биографический справочник. М., 1997.
6. Прожогин Н. Демидовы в Париже //Республиканская общественно-политическая газета. № 8 (19). Ноябрь-декабрь 2000 года.
7. Павленко Н. И. История металлургии в России XVIII века. Заво-ды и заводовладельцы. М., 1962.
8. Рудаков И. Демидовы, основатели горного дела в России. СПб., 1990. Репринтное издание 1891 года.
9. Ярцев С.К. Род Демидовых на Урале. Нижний Тагил, 1992.

Комментариев нет:

Отправить комментарий