воскресенье, 9 марта 2014 г.

Дневник православного автостопщика

Публикую путевые заметки Александра Волощука из Чернигова.
На мой взгляд, очень интересно, человек путешествует с верой в душе, полагаясь на помощь Божию. Соответственно, узловые пункты путешествий - очаги христианства, столь редкие в Азии.

     29 мая
Нацепив на спину 25-килограммовый рюкзак, я покинул родной Чернигов. Впереди – девять стран и несколько десятков тысяч километров пути. С 2002 года я путешествую автостопом и уверен, что это самый интересный и универсальный способ странствий. Можно отправиться куда угодно, особо не озадачивая себя вопросом наличия большого количества денежных знаков. К тому же, путешествуя автостопом, видишь истинную, настоящую (а не стереотипно-телевизорную) картину жизни в любой стране или регионе. Вернуться из нынешнего путешествия предполагал к Новому году, хотя опыт предыдущих странствий подсказывал – на всё воля Божия…

    
7 июня
Приэльбрусье, город Тырныауз. Несколько лет назад Промысл Божий привел меня в этот город, с которым я теперь крепко и, надеюсь, надолго связан духовными нитями. Участие в Божественной Литургии на восточной вершине Эльбруса, поиск останков советских воинов на его ледниках, походы по сказочно красивым горам Балкарии, творческая работа при Свято-Георгиевском храме в содружестве с его настоятелем иеромонахом Игорем… Отправляясь в азиатские страны, я не мог не заехать в Тырныауз. Я люблю этот маленький город в Баксанском ущелье и иногда даже жалею, что не живу здесь…
16 июня
Паломническая поездка в Пятигорск на Божественную Литургию в Спасском кафедральном соборе. Там же состоялась презентация фильма «Спасайся на горе» – творческого итога нашей экспедиции на Эльбрус и освящения высочайшей горы России и Европы в 2011 году. Правящий архиерей – владыка Феофилакт – благословил меня на совершение путешествия, которое теперь обрело статус крестного хода.
    
Утром следующего дня, получив от иеромонаха Игоря в качестве благословения иконы Божией Матери «Моздокская» и «Игумения Святой горы Афонской», покинул Тырныауз. Крестный ход начался.
22 июня
Со своим московским товарищем Ильей Ермолаевым мы приехали в столицу Южной Осетии – Цхинвал. В городе всё еще заметны следы войны 2008 года, но мирная жизнь налаживается и идет своим чередом. Побывали в здешнем храме Рождества Пресвятой Богородицы и увидели древний православный храм VIII века – старейшее сооружение Цхинвала. А вечером в городе стреляли: в честь выпускников школ в небо взлетели десятки фейерверков.
     11–14 июля
Приехав в Саратов, на несколько дней остановился в Свято-Никольском мужском монастыре. Благодаря игумену Никону познакомился с историей жительницы города Энгельса Наталии Павловны Былинкиной: во время Великой Отечественной войны она работала в эвакогоспиталях в Тамбовской области, где ей пришлось ассистировать самому святителю Луке (Войно-Ясенецкому), оперировавшему раненных на фронте солдат.
     26–27 июля
Давнишнее желание увидеть Аральское море привело меня в юго-западный Казахстан. 100 километров по трассе М-32 в сторону Кызылорды, затем еще примерно столько же на запад по второстепенной дороге. Ночь с рыбаками на берегу Сырдарьи. Утренний сом на крючке. 10 километров пешком по пыльной грунтовке. Попутный мотоцикл. Плотина у Кокарала. И – здравствуй, море! Хотя морем это назвать сложно. Можно лиманом, можно озером, но морем – пока еще нет. Однако Арал ожил, и вода в нем прибывает: человек, возомнивший когда-то себя царем природы, понял свою ошибку и принялся спасать море. Пока еще не поздно это сделать.
  
29–31 июля
В знойной Кызылорде термометры показывали +40 градусов. Но в этом городе есть настоящий оазис, в котором даже в такую жару всегда прохладно в густой тени деревьев. Этот оазис – Казанский храм. Он замечателен тем, что является одним из старейших и единственным в Казахстане храмом, построенным в византийском архитектурном стиле из желтого обожженного кирпича. Его настоятель – отец Виталий – принял посланника из Пятигорской епархии с христианским радушием и восточным гостеприимством.
     2 августа
Географический центр Казахстана, окрестности Жезказгана. Земля здесь имеет красный цвет. Она богата медью и обильно полита кровью. Когда-то тут был Кенгирский лагерь – тот самый, о котором писал Солженицын. В 1954-м в нем вспыхнуло восстание, на подавление коего власти направили танки. После Кенгира здесь возникли новые города и поселки: Жезказган, Сатпаев, Рудник.
Дымят трубы медных заводов. Живут люди. А в некоторых зданиях на железнодорожной станции Весовая до сих пор стоят лагерные решетки…
    
В городе Сатпаеве я попал в этот день на престольный праздник в греко-католическом храме в честь святой равноапостольной княгини Ольги. В Центральном Казахстане живет немало потомков украинцев, депортированных из западных областей Украины в 1930–1950-х годах; общими усилиями они и построили этот храм.
    
     9 августа
В этот день я побывал на еще одном «острове» ГУЛАГа – в АЛЖИРе (Акмолинском лагере жен изменников Родины), находящемся неподалеку от Астаны. В 1938–1953 годах здесь, в голой казахстанской степи, был крупнейший советский женский лагерь. Значительную часть его «контингента» составляли женщины, репрессированные в соответствии с оперативным приказом НКВД как «члены семей изменников Родины». Сотни из них нашли в АЛЖИРе свою могилу. А 12 узниц Акмолинского женского лагеря прославлены в сонме новомучеников и исповедников Российских для общецерковного почитания (11 из них были расстреляны в лагере в 1942 году). Найдя старое лагерное кладбище, я помолился за упокой душ умерших и погибших в АЛЖИРе женщин. «Вины за собой мы не знаем. Нам каяться было бы грех…» – такую эпитафию прочел на одном из памятников жертвам АЛЖИРа.
     18 августа
Паломническая поездка от Вознесенского кафедрального собора Алматы к живоносному источнику в 40 километрах от бывшей казахстанской столицы. Еще в конце XIX века казаки Семиречья поставили храм в честь иконы Божией Матери «Живоносный Источник» у святого целебного ключа, бьющего в долине реки Талгар. Верующие станицы Софийской ежегодно в девятую пятницу после Пасхи совершали сюда крестный ход. В начале XX века на этом месте был основан Иверско-Серафимовский женский монастырь. В годы богоборчества все церковные постройки на святом ключе были разрушены, но теперь храм заново отстроен и освящен. Искупавшись в источнике, я получил заряд бодрости и приобщился к этой православной святыне земли Казахстанской.
     4 сентября
Памирские горы, граница Кыргызстана и Таджикистана, перевал Кызыл-Арт, высота 4282 метра над уровнем моря. Не дойдя до вершины перевала, попадаю под обильный снегопад и в авральном порядке ставлю палатку. Помоги, Господи, преодолеть непогоду!
    
Здесь ощущается нехватка кислорода. 3000–4000 метров над уровнем моря – не шутка. Вспоминается Эльбрус. Но организм привыкает ко всему. И к гипоксии, и к дневному палящему солнцу, и к ночному холоду. Ноги привыкают к нагрузкам, плечи – к рюкзаку, а глаза – к необычайно синему небу. Здесь ходили Александр Македонский и Марко Поло, водили свои караваны арабы и китайцы. Теперь этой дорогой с Божией помощью прошел и я.
     Памирский тракт. Самая высокогорная и самая красивая дорога бывшего Советского Союза…
     9 сентября
Горный Бадахшан, кишлак Шитхарв. Внизу шумит на перекатах Пяндж. Взгляд гладит белоснежные пики и искрящиеся ледники «семитысячников» Гиндукуша. Афганистан так близок, что до него можно добросить камнем. Здесь живут ваханцы – представители одного из памирских народов.
    
Меня познакомили с единственной православной, живущей в Шитхарве, – украинкой Надеждой Николаевной Занчирбековой. 42 года назад она вышла замуж за ваханца и навсегда поселилась в этих горах. На стенах ее дома висят православные иконы и украинские рушники, а в палисаднике растут чорнобривці. У нее восемь детей. Она говорит на ваханском языке и цитирует по-украински Тараса Шевченко. Она переняла ваханские обычаи и ваханское гостеприимство, двери ее дома открыты для любого хорошего человека. Удивительные люди населяют эти горы…
     19–22 сентября
В таджикском городе Курган-Тюбе православных людей осталось очень мало – многие уехали во время гражданской войны в 1990-х годах. Паломника с Кавказа принял здесь настоятель Михайло-Архангельского прихода отец Иоанн. Это молодой священник, которому досталось очень непростое «наследство» – недостроенный храм, отсутствие какой-либо помощи со стороны местных властей и немногочисленность прихода. Чуть ли не единственный позитив – помощь от дислоцирующейся в городе 201-й дивизии Министерства обороны России. Отец Иоанн даже предлагал мне остаться в Курган-Тюбе, чтобы помогать ему…
     5–7 октября
Фергана всегда была самым русскоязычным городом Узбекистана, во многом она остается такой и до сих пор. Здешний храм в честь Серафима Саровского, притаившийся на одной из уютных зеленых улочек в окружении ухоженных и увитых виноградом частных домов, когда-то был перестроен из католической кирхи, что заметно по его фасаду. В Фергане много православных, в чем я смог убедиться во время воскресной Литургии. А воскресная школа собирает здесь еженедельно до сотни детей от 7 до 16 лет! Настоятель Свято-Серафимовского храма отец Владислав пытается отстоять от разрушения старейшее в городе православное кладбище, на коем покоится немало священнослужителей Ферганы. «Если не удастся этого сделать, будем добиваться перенесения их праха на территорию нашего храма. Только в Узбекистане такие дела совершаются с большим трудом», – с болью в голосе произнес в разговоре со мной диакон Павел – один из нынешних священнослужителей главного города Ферганской долины…
     10–11 октября
Есть в Южном Кыргызстане курортный город Джалал-Абад. В здешней Успенской церкви я познакомился с иереем Сергием Хоришко. Во время кровавых событий 2010 года он спасал узбекские семьи и небезуспешно пытался урезонить разбушевавшихся погромщиков, в руках у многих из которых было огнестрельное оружие, а в глазах – злоба и ненависть. За проявленный героизм и христианское сострадание Патриарх Кирилл наградил отца Сергия орденом святого Даниила Московского.
     20–27 октября
Путешествие вокруг озера Иссык-Куль. Его северный берег начал заселяться и осваиваться переселенцами из России и Украины еще в 60-х годах XIX века. Поэтому и названия здесь сплошь были славянские: Семеновка, Григорьевка, Долинка, Светлый Мыс. За последние 20 лет многие населенные пункты обрели новые киргизские имена, поменялся и этнический состав их обитателей. Но потомков первых поселенцев здесь всё еще немало, и почти в каждом прибрежном поселке или селе имеется православная церковь. А в большом селе Ананьево я побывал на месте захоронения великого подвижника веры христианской Ираклия Иссык-Кульского (сейчас его мощи находятся в Воскресенском соборе Бишкека). С ананьевским священником отцом Виктором мы прочли на его могиле акафист преподобному исповеднику Ираклию.
    
    
    
Спустя два дня неподалеку от города Каракола я побывал еще на одной могиле – великого путешественника Николая Михайловича Пржевальского.
    
    
  
    
11–19 ноября
Не без труда получив в Бишкеке визу Афганистана, в течение девяти дней путешествовал по северным провинциям страны. Всё это время, независимо от времени суток, на моей груди пребывала икона Божией Матери. Афганистан запомнился искренностью и доброжелательностью местных жителей, а также повышенным интересом и чрезмерным вниманием ко мне со стороны полиции и военных, желавших уберечь иностранного путешественника от «Талибана». К человеку православного вероисповедания афганцы относятся с уважением и всегда готовы помочь ему, угостить или предоставить кров над головой. За всё время путешествия по стране у меня не было никаких проблем на религиозной почве.
    
    
Афганские мужчины при встрече неизменно прикладывают правую руку к сердцу и очень любят фотографироваться. А на женщинах здесь неизменно надета паранджа ярко-синего цвета. Дети при виде иностранца не кричат «хэллоу!» и не просят «бакшиш», а автостоп в Афганистане оказался лучшим из всех посещенных мною стран. Слово же «КамАЗ» из названия советской машины превратилось здесь в нарицательное и ныне является синонимом слова «грузовик».
    
    
Цивилизация не испортила Афганистан. У меня даже сложилось впечатление, что если бы Православие пришло в эти горы раньше, чем ислам, то афганцы стали бы очень добропорядочными и благопристойными христианами…
    
    
    
    
     25 ноября
Душанбе. Имея в загранпаспорте готовую визу Китая, занялся в столице Таджикистана вопросом обзаведения теплыми вещами (ведь впереди был месяц китайской зимы). В этом мне помогла Душанбинская епархия, подарив «страннику» армейский бушлат, ватные штаны, шапку-ушанку, сапоги-берцы. А жил я в Душанбе у очень хорошего человека, бывшего футболиста «Памира» Сулеймана Бобокалонова.
     2 декабря
Вместе с настоятелем худжандского храма Марии Магдалины иеромонахом Мардарием и жителем Худжанда Максимом Говоровым участвовал в однодневной поисковой экспедиции на православном кладбище города Истаравшана (прежнее название – Ура-Тюбе). Мы хотели найти могилу епископа Суздальского Василия (Вячеслава Иосифовича Зуммера), умершего в ссылке в декабре 1923 года от туберкулеза. Вместе с епископом Волховским Даниилом (Троицким) 31 мая 1923 года в городе Пенджикенте он тайно совершил епископскую хиротонию архимандрита Луки (будущего святителя Луки Крымского) во епископа Ташкентского и Туркестанского. Удалось определить лишь приблизительное место захоронения епископа Василия, на котором отец Мардарий отслужил панихиду.
4 декабря
Последняя перед Китаем исповедь и причащение в Михаило-Архангельском храме киргизского города Ош. На следующий день я достиг киргизско-китайской границы в районе Иркештама, а утром 6 декабря оказался в Китае.
   23–25 декабря
Пройдя маршрутами Н.М. Пржевальского по Уйгурии, пустыне Такла-Макан и Цайдаму, достиг Тибета и его столицы – города Лхасы. Приехал сюда без пермита – официального туристического разрешения китайских властей на пребывание в автономном районе Тибет. Это грозило мне «перспективой» выдворения из Тибета. Но случилось совсем иначе: одна из туристических фирм взяла меня под свою полную безвозмездную опеку на два дня. Я усмотрел в этом Божию помощь. Лхаса – мировой центр буддизма, но и православному человеку ничто и никто не мешает вознести там молитву ко Господу, что я и сделал у стен легендарного дворца Потала.
29 декабря – 1 января
Перенеся «на ногах» воспаление легких (организм воспротивился «экспедиционному» образу жизни), встретил Новый год в китайском городе Цзинин (автономный район Внутренняя Монголия). Слава Богу за всё, что было в 2013 году от Рождества Христова!
     3–5 января
Достигнув Улан-Батора, остановился при Свято-Троицкой церкви – единственном православном храме в Монголии. Здесь впервые после Оша исповедался и причастился Святых Тайн. Большинство монголов являются буддистами ламаистского толка, но власти Монголии не препятствуют миссионерской работе православных священников, чем уже не первый год занимается настоятель Свято-Троицкого прихода протоиерей Алексий Трубач.
     7 января
Накануне праздника Рождества Христова въехал из Монголии в Россию. Первый российский город – старинная Кяхта, где я стал «праздничным гостем» настоятеля Успенского храма протоиерея Олега Матвеева (мы познакомились в 2012 году в Тырныаузе, где отец Олег оказался после своего восхождения на Эльбрус). С его помощью я узнал об истории Православия в Кяхте, побывал в старинном Воскресенском храме, стены которого помнят Пржевальского, пообщался с главой района Александром Буянтуевым, оказывающим немалую помощь православной общине города. Узнав, что перед ним настоящий путешественник, Александр Владимирович (бурят по национальности) сразу же поинтересовался, нужна ли какая-либо помощь, и, несмотря на отрицательный ответ, вручил мне 1000 рублей. Дай Бог ему здоровья и плодотворной работы на благо Кяхтинского района!
    
     18–20 января
Накануне Крещения Господня приехал в Павлодар. Священники местной епархии, несмотря на предпраздничную занятость, приняли странника с радушием и гостеприимством, за что им низкий поклон. Интересно, что уже второй год подряд я встретил Крещение Господне на реке Иртыш, только в 2013-м это был город Тара в Омской области, а ныне – Павлодар.
    
    


     31 января – 3 февраля
Трехдневное пребывание в Самаре. Приют нашел в старинном Иверском женском монастыре, находящемся на берегу Волги в исторической части города. В один из дней отыскал двухэтажный деревянный дом на улице Чапаева, 84, где в 1956 году произошло известное в православном мире чудо 128-дневного «Зоиного стояния». Исповедался и причастился в Успенском храме Иверского монастыря.
    
    
  
   9 февраля
Кольцо крестного хода замкнулось – я вернулся в Тырныауз. Позади – 238 дней путешествия, 9 стран, 96 городов, более 38 тысяч километров пройденных дорог, множество посещенных храмов, монастырей, православных святынь. Было много запоминающихся встреч и знакомств, эмоций и впечатлений, палаточных и «цивильных» ночевок. А еще – более 300 страниц походного дневника, которые в будущем, надеюсь, воплотятся в мою новую книгу. Слава Богу за всё!

Комментариев нет:

Отправить комментарий